«При определенных условиях правоохранительные органы могут использоваться как орудие в частных интересах группой лиц, чтобы добиться своих целей путём осуществления насилия от имени государства, под прикрытием закона»
(Из лекции на одном из юридических факультетов)
Нападение на Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов длится уже восемь месяцев. В нём задействованы и должностные лица высочайшего уровня, и масса подконтрольных влиятельнейшему олигарху СМИ, и отработанные методы вскрытия правонарушений, и даже люди с оружием, в масках. Но сенсационные публичные обвинения в адрес «преступников», включающие едва ли не весь спектр теоретически возможных в высшей школе злоупотреблений, так и не находят решительно никаких подтверждений. Секрет прост: честные люди не берут на себя то, чего не совершали.
А защиту вуза ведёт Балтийская коллегия адвокатов им. А. А. Собчака. Не самая многочисленная, но состоящая в своём ядре из учеников знаменитого адвоката Юрия Новолодского, вошедшего ещё в начале 90-х годов в первую команду мэра Собчака вместе с Владимиром Путиным, позднее возглавлявшего Управление юстиции Санкт-Петербурга.
Сегодня на вопросы Карины Желтовой отвечает вице-президент БКА Марк Валерьевич Павлов.
— Марк Валерьевич! Ваша коллегия занимается защитой СПбГУП с 27 сентября 2025 года. И в Петербурге, и в Москве о данной ситуации часто поговаривают, что это — «политическое дело», лишенное юридических оснований. Так ли это, и в чем тогда работа БКА?
— Политика — не наша профессия. Наша задача — защита интересов своих доверителей в сфере правоприменения. Скажу только, что на каждом шагу мы противостоим действиям неправового характера. Полагаем, что оппоненты сплошь и рядом нарушают широкий спектр норм различного уровня — от Конституции РФ до собственных ведомственных приказов. На днях выходит книга главы нашей коллегии Ю. М. Новолодского «Фальсификация доказательств». Не удивлюсь, если во втором её издании появится и глава о «деле ректора Запесоцкого».
— Можно ли перейти к конкретным примерам?
— Конечно. 22 сентября 2025 года Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области принял к рассмотрению исковое заявление Генеральной прокуратуры (с 4-томным бездоказательным приложением) об истребовании из якобы незаконного владения Федерации Независимых Профсоюзов России восьми зданий СПбГУП (главного учебного корпуса, общежития и др.).
Я воспринимаю этот иск в первую очередь как незаконный и необоснованный акт, направленный на умаление конституционного права российских профсоюзов владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, которое поступило в их собственность на совершенно законных основаниях от советских профсоюзов (что, к слову, было подтверждено решениями того же арбитражного суда, принятыми в 2009–2014 гг.).
Позиция Генеральной прокуратуры основывалась на «изумительных» утверждениях о том, что ВЦСПС — Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов — якобы «являлся органом государственной власти», в связи с чем все имущество профсоюзов являлось государственным. Что, конечно же, прямо противоречит законам Советского Союза, которые регламентировали правоотношения по поводу собственности профсоюзных и иных общественных организаций (статья 24 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. и глава 10 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г.).
Также в ходе судебного разбирательства звучал и такой невообразимый довод, что «взносы членов профсоюзов являлись государственными средствами» (!) (этот «аргумент» появился в ответ на многочисленные документальные доказательства ФНПР, согласно которым строительство истребованных зданий осуществлялось за счёт средств профсоюзных организаций).
«Необычность» иска Генеральной прокуратуры выражалась и в том, что вместо реального доказывания значимых для дела обстоятельств истец на нескольких страницах своего заявления разразился многочисленными беспочвенными обвинениями в адрес ректора СПбГУП — Заслуженного деятеля науки РФ А. С. Запесоцкого, который 34 года успешно руководил вузом. Для дипломированных юристов совершенно очевидно, что эти обвинения никак не коррелируют с предметом судебного разбирательства по виндикационному иску. Не имеют отношения к сути спора об имуществе.
— Так зачем вообще в иске упоминается А. С. Запесоцкий?
— Здесь право уступает место «пиаровским» трюкам. В духе мастеров циркового искусства или фокусов с наперстками. Внимание зрителей отвлекается.
Ложные обвинения послужили почвой для масштабной информационной кампании по дискредитации руководства Университета и его учредителя — Федерации Независимых Профсоюзов России, которая начала разворачиваться в СМИ до официальной подачи иска в суд. Полагаю, что интересантам этого дела нужно было создать образ врага для переключения фокуса общественного внимания с незаконных действий по изъятию профсоюзного имущества на борьбу с вымышленным ими злом. Академик Запесоцкий, наверное, не мать Тереза, но человек с безупречной деловой репутацией, к тому же — знаменитость. В итоге дутая сенсация прикрыла юридическую пустоту иска в глазах массовой аудитории.
Эти же огульные обвинения (в том числе и в выдуманной подготовке ректором несанкционированных акций) послужили незаконным основанием для применения арбитражным судом беспрецедентных для российской правовой системы обеспечительных мер в виде отстранения А. С. Запесоцкого от должности и назначения на его место совершенно неподходящего для Университета человека — не соответствующего по уровню квалификации Е. А. Лубашева.
Стоит отметить хотя бы тот факт, что подобная мера даже не предусмотрена Арбитражным процессуальным кодексом. И полностью противоречит статье 51 Закона об образовании. В России правом назначения ректора закон наделяет только Учредителя и Учёный совет. Представьте, если бы похожий иск был предъявлен одной коммерческой организацией к другой коммерческой организации, а потом по ходатайству истца арбитражный суд отстранил бы от должности генерального директора организации-ответчика и поставил на его место человека от истца?!! Это по закону просто невозможно. С вузом — невозможно вдвойне. Однако именно такое случилось в настоящем деле.
А потом ещё и силовой захват вуза в духе «маски-шоу» состоялся! И это уже не говоря о том, какой ущерб указанная мера причинила образовательной и финансово-хозяйственной деятельности Университета. «Вишенка на торте» — воцарение директора техникума на месте ученого с мировым именем. Да ещё за спиной учредителя, всецело отвечающего за работу вуза.
Замечу: очевидная полная бездоказательность и незаконность определения арбитражного суда побудили Первичную профсоюзную организацию сотрудников СПбГУП обратиться к Председателю Следственного комитета России А. И. Бастрыкину с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении судьи Е. В. Новиковой по статье 305 Уголовного кодекса (вынесение заведомо неправосудного судебного акта).
— Зачем же силовой захват университета? Действительно, событие вопиющее…
— Полагаю, чтобы запугать коллектив и студентов. Да и всесилие силовых структур показать. По сути же отстранение А. С. Запесоцкого и назначение Е. А. Лубашева, этакий кураж, глумление, обнажили истинную цель интересантов дела — фактический захват самого учебного заведения (в преддверии его 100-летнего юбилея!), полное выведение Университета из профсоюзной сферы и дискредитацию профсоюзов.
Следующим шагом, приведшим к дестабилизации работы Университета, стало проведение прокурорской проверки, якобы направленной на выявление нарушений финансового законодательства в деятельности вуза и его руководства. Временно назначенный ректором Е. А. Лубашев обеспечил проверяющим беспрепятственный внепроцессуальный доступ ко всей документации Университета, а также оторвал на несколько недель от работы десятки сотрудников вуза. Грубое, откровенно хамское поведение проверяющих привело к тому, что несколько работников образовательной организации были вынуждены обратиться за медицинской помощью. И без скорой помощи не обошлось. Через несколько недель проверка закончилась, однако учредителю Университета и его сотрудникам до настоящего времени (по прошествии полугода) не сообщили о её результатах. Понятно, что нарушений в вузе не нашли.
Возвращаясь к судебному процессу по рассмотрению иска Генеральной прокуратуры, хочется сказать, что принятые арбитражным судом неадекватные обеспечительные меры и взятый чрезмерно скорый темп разбирательства дали профсоюзам и вузу понять, что исход дела предрешен, что проведение судебных заседаний является лишь формальной процедурой по легализации уже принятого кем-то иным решения об изъятии профсоюзного имущества. В чью пользу — стало известно позднее. На это указывает и то, что суд отклонял многочисленные ходатайства ответчиков, а представленные в опровержение иска доказательства фактически остались без судебной оценки.
О состязательности и говорить не приходится. Представители прокуратуры, участвовавшие в процессе, не ответили ни на один вопрос представителей ответчиков по существу заявленных требований, что временами вызывало откровенный смех у собравшейся в судебном зале публики. Горький смех.
После вынесения решения об удовлетворении иска Генеральной прокуратуры судья Е. В. Новикова обратила его к немедленному исполнению, что повлекло за собой отмену ареста, наложенного на здания, но не отмену других обеспечительных мер (в частности, отстранения А. С. Запесоцкого и учредителя), что также можно отнести к категории правовых ноу-хау. Для чего нужно применять меры по обеспечению уже исполненного судебного акта?
Апелляционное рассмотрение дела завершилось 3 декабря 2025 года (в День юриста) вынесением ожидаемого постановления об отказе в удовлетворении апелляционных жалоб ФНПР и третьих лиц, которое, конечно же, не сделало чести российской юриспруденции.
В таких делах одни нарушения часто тянут за собой другие. Ровно на следующий день — 4 декабря 2025 года (видимо, с целью окончательно сломить волю коллектива к дальнейшему сопротивлению) в УМВД Фрунзенского района Санкт-Петербурга с подачи прокуратуры было возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц из числа руководителей и сотрудников СПбГУП по опять-таки надуманному факту хищения бюджетных денежных средств при проведении научно-исследовательских работ. Не имея экспертных заключений и соответствующей квалификации, следственные работники сделали вывод о том, что результаты работ якобы не представляют научной ценности и являются неоригинальными. Так и хочется сказать: дожили. Ещё не хватало, чтобы следователи определяли научную ценность работы крупных учёных!
— Что означает — «по надуманному факту»?
— Выражусь, наверное, точнее — без каких-либо фактов вообще. В рапорте помощника районного прокурора неизвестно откуда появились строчки о том, что в вузе неизвестно кто украл более 20 миллионов рублей, выделенных государством на выполнение более десятка научных исследований, которые на самом деле были надлежащим образом проведены и получили сотни блестящих отзывов: губернатора Петербурга А. Д. Беглова, глав пяти комитетов Госдумы и Совета Федерации РФ, руководителей десятков регионов, крупнейших профсоюзных лидеров страны и т. д. И никто возбуждение уголовного дела нам обосновать надлежащим образом не может.
Однако 25 декабря 2025 года в рамках этого уголовного дела были проведены обыски в квартирах ряда работников и партнёров Университета (с необоснованными изъятиями их личного имущества), задержания первого проректора СПбГУП и главного бухгалтера, многочасовые допросы, в ходе которых следователи, в частности, пытались выяснить, «сколько стоит одна страница научной работы» и «что такое монография». Беспардонное и агрессивное поведение сотрудников МВД довело двух человек до госпитализации. Уважаемых людей в клинике на ночь приковывали к кроватям наручниками… Сейчас судом задержания признаны незаконными.
А между тем в размышлениях обо всём произошедшем никак не находится разумный ответ на вопрос: зачем ломать уникальную образовательную структуру, которая за годы своего существования подготовила для страны десятки тысяч востребованных специалистов и в настоящее время выполняет ответственное государственное задание — готовит специалистов по разрешению социально-трудовых конфликтов?
— Действительно, похоже на сюжет фильма ужасов. Но предположения-то есть? Зачем все это?
— В юридическом поле — нет. Но президент нашей коллегии Юрий Михайлович Новолодский работал профессором в СПбГУП, а я в нём учился. Знаем, что репутация СПбГУП весит неизмеримо больше любых наветов. Присоединяемся (в личном качестве) к версиям, циркулирующим в среде ведущей профессуры вуза.
Первое — «обнулить» влияние профсоюзов, противостоящих и олигархам, и прозападным чиновникам в рамках разрушаемого сейчас «социального партнёрства».
Второе — реализация линии Запада и его российских сторонников по навязыванию российской молодежи ложных ценностей. В СПбГУП ведь создана по-настоящему эффективная система воспитания студенчества. Многие считают её более чем нужной стране. В профсоюзном вузе же реализованы все задачи, поставленные В. В. Путиным перед отечественной системой образования. Свидетельство тому — объективные показатели.
И третье — ненависть лично к ректору А. С. Запесоцкому, связанная с его успешностью во многих сферах жизни. И дело благородное делает, и благосостояние своё может не скрывать (честно заработал), и популярен в мире науки, культуры, искусства. Прекрасная, достойная семья. Интересен разным слоям общества, включая молодежь. Кое-кому обидно, конечно…
Разумеется, это всего лишь предположения. Пока же около двух десятков специалистов нашей коллегии, защищающих университет, фиксируют документально удивительное множество злоупотреблений правом. И это прискорбно.
